Буддизм
                Учение Старцев
 
«
Тхеравада.ру    
   
 

 
  ٭
.

Пояснения к Суттанипате
Бхиккху Бодхи

 
редакция перевода: 21.05.2021
Перевод с английского: SV

источник:
Suttanipata by Bhikkhu Bodhi, 2017


Кама сутта
(Снп 4.1)

Данный текст представляет собой довольно простую проповедь об опасностях чувственных удовольствий. Наставление призывает ученика избегать их, подобно тому, как «голова змеи избегает ступни»


Гухаттхака сутта
(Снп 4.2)

Эта сутта начинается практически, как продолжение её предшественницы, вновь повторяя послыл о том, что чувственные удовольствия являются источником страдания. В пятой строфе (5) сутта опускается на более глубокий уровень, переходя от привязанности к чувственным удовольствиям к более прочному виду жажды, т.е. жажды к разным состояниям существования. Это объединяется с привычкой ухватывать вещи как «мои» (Строфа 6), из-за чего люди трепещут как рыба в высохшем ручье. Чтобы обрести свободу, нужно перестать считать вещи «моими», и отринуть привязанность даже к существованию. Освобождение приходит с прозрением в процесс, посредством которого создаётся привязанность. Полностью понимая контакт, ты освобождаешься от жажды (7). Полностью понимая восприятия, ты пересекаешь наводнение (8).


Джара сутта
(Снп 4.6)

Сутта начинается с рассмотрения непостоянства жизни и неизбежной разлуки с любимыми, а также с кем-либо иным. Поскольку не существует постоянного имущества, то, как говорит сутта, не следует жить домохозяйской жизнью (строфа 2). В строфах 4-5 стих переходит от материальных вещей к близким, которые при кончине исчезают, точно образы, увиденные во сне и всё, что остаётся — это лишь только их имя. В следующей строфе стих переходит к восхвалению «мудреца» (муни), который внемлет этому посланию и оставляет всё, чем владеет. Строфа 7 замещает «мудреца» словом «монах» (бхиккху), показывая тем самым, что в ряде контекстов эти слова взаимозаменяемы. Строфа 8 сравнивает мудреца с лотосовым листом, а строфа 9 с цветком лотоса, поскольку он не пятнается увиденным, услышанным, почувствованным, подобно тому, как лотос не пятнается грязью.


Тиссаметтейя сутта
(Снп 4.7)

Сутта представляет собой диатрибу о сексуальной связи, поведанную в качестве ответа на вопрос монаха по имени Тисса Меттейя. Очевидно, данное учение нацелено на монашествующих, которые отклонились от пути целомудрия в сторону потакания сексуальным удовольствиям. В строфе 8 стих обращается к очередному восхвалению идеала «мудреца» (муни), который живёт в затворничестве, равнодушен к чувственным удовольствиям, и, таким образом, он пересекает «наводнение».


Пурабхеда сутта
(Снп 4.10)

Комментарий объясняет, что эта сутта и пять последующих – Калахавивада, Чулавийюха, Махавийюха, Туватака, Аттаданда – были произнесены на Великом Собрании, как и Саммапариббаджания сутта (Снп 2.13). Каждая из сутт, как говорит Комментарий, была предназначена для конкретной группы божеств и являлась ответом на вопрос, заданный копии Будды, созданной им из разума.
Пурабхеда сутта была рассказана дэвам, у которых возникла такая мысль: «Что следует сделать до распада тела?» Ранние буддийские традиции не единогласны в этом. Так, например, предыстория сутты-аналога в китайской Артхападе гласит, что вопросы эти были заданы Будде его отцом, Суддходаной из клана Сакьев.
В любом случае, сутта является вполне уместным ответом Будды на вопрос, который мог бы задать какой-либо интересующийся монах. Вопрос, влекущий за собой данное наставление, заключался в том, как себя ведёт высшая личность (уттаман наран), живущая в покое (упасанто). В ответ рассказывается о мудреце (муни), который «зрит уединение средь контактов» и потому является свободным от умственных загрязнений.


Калахавивада сутта
(Снп 4.11)

Сутта следует по меняющемуся шаблону вопроса и ответа, где вопрошающий ставит вопрос своей строфой, а отвечающий даёт ответ своей. Следующий вопрос берёт данный ответ и продолжает дальнейшее вопрошание. Последовательность раскрывает цепочку от наиболее явного уровня эффектов до более утончённого уровня условий. Таким образом цепочка представляет собой применение принципа зависимого возникновения к процессам отличным от тех, что описываются привычной 12-звенной формулой.
Сутта начинается с вопроса об источнике ссор и дебатов, а затем переходит к отслеживанию цепи причин. Если допустить некоторое упрощение, то строфы 1-11 можно представить так: ссоры и дебаты < любимое < желание < приятное и неприятное < контакт < имя-и-форма. На этом этапе отвечающий говорит: «Когда исчезла форма, то не трогает контакт», что вызывает вопрос о [медитативном] достижении, где форма исчезает (Строфа 12). Затем следует загадочная строфа (Строфа 13), которая, по-видимому, задумывалась как загадка, о достижении, где исчезает форма. Вопрошающий затем спрашивает, является ли это [достижение] «наивысшей для духа чистотой» и указывает на другой тезис о «достижении без остатка». Хотя эта фраза обычно используется для описания окончательного измерения ниббаны, здесь отвечающий отвергает обе позиции как «зависимости», вероятно, чтобы подчеркнуть, что обе стороны формируют на основании этого воззрения. Затем он говорит, что освобождённый мудрец не вступает в споры и не встречает разных состояний существования (Строфа 14-16).


Туватака сутта
(Снп 4.14)

Вопрошающий спрашивает Будду: «Как, увидев, монах достигает ниббаны?» В ответ Будда объясняет созерцательную практику монаха, призывая его сдерживать самомнение «Я есть» и устранять жажду. С этого высокого уровня вопрошающий переходит к более рудиментарному этапу тренировки и спрашивает Будду о монашеской дисциплине и сосредоточении. Будда даёт подробный отчёт о монашеской тренировке, описывая его поведение, отношение к еде и вещам, развитие ума, образ жизни, речь.



.
٭
© theravada.ru – при копировании материалов
просьба ставить прямую ссылку на наш сайт.