| |
Чёрный бык не является путами для белого быка, как и белый бык не является путами для чёрного быка. Но единая упряжь или ярмо, за счёт которого они связаны вместе — вот где здесь путы. Точно также, достопочтенные, глаз не является путами для форм; формы не являются путами для глаза — но желание и жажда, что возникают в зависимости от обоих — вот где здесь путы. Ухо не является путами для звуков… нос не является путами для запахов… язык не является путами для вкусов… тело не является путами для осязаемых вещей… ум не является путами для ментальных феноменов — но желание и жажда, что возникают в зависимости от обоих — вот где здесь путы.
Саньйоджана сутта: Путы, СН 41.1
|
Хочу
вам рассказать о каме. Это большой термин, его нельзя перевести
каким-то одним словом. Слово "кама" обозначает желание, жажду,
страсть, сексуальные желания, любовь. А так же это то, на что
направляется наше желание. Все эти значения даёт слово "кама".
Будда говорит, что есть два вида камы: килеса-кама и ватту-кама. Килеса — это загрязнения ума, соответственно килеса-кама — это когда в уме появляется алчность, желание, хотение. Ватту-кама — это объект, на который проецируется наше желание. Это то, чего мы хотим, то, что мы жаждем, что мы любим.
Если объяснять иначе, то ватту-кама — это приятные зрелища, которые мы хотим видеть, приятные звуки, которые мы хотим слышать, приятные запахи, приятные вкусы, приятные тактильные ощущения, приятные умственные объекты.
Что человеку приятно видеть? Красоту, или то, что ему принесёт удовольствие. Это отличается от человека к человеку: для кого-то красота это цветы, для другого это животные. Например, для матери радость — это видеть своих детей, и для неё дети — это кама. Для детей же родители — это кама. Это всё ватту-кама.
Будда говорит, что если человек получает каму, получает то, что он хочет, то он радуется этому, и это и есть ловушка мира: поэтому мы существуем здесь. Мы хотим что-то получить и когда мы получаем это — мы радуемся. Например, радуемся, видя любимого человека. А так же, когда человек не получает то, что он хочет, это приносит ему страдание и появляется горе. И это горе нам не остановить: у нас есть жажда получить что-то, а мы это не получаем, и поэтому появляется страдание.
Будда сравнивает жажду с поражением отравленной стрелой, поэтому когда у человека больше желаний — у него больше страданий.
Люди желают получать то, что принесёт им чувственные удовольствия, и посредством этого они хотят получить радость, спокойствие, хотят с помощью этого стать довольными. Но что произойдёт в реальности? В реальности всё будет наоборот: чем больше желание получить чувственные удовольствия, тем больше горя. Это как будто какой-то закон. Как будто чаши весов: чем больше мы кладём на одну чашу, тем сильнее поднимает вторая. Чем больше мы кладём в чашу жажды, тем выше поднимается наше страдание.
Таким образом если человек действительно хочет покоя и счастья — ему надо избавиться от камы, удалить стрелу камы из своего ума. Другого выхода нет. Желание получить каму — это страдание.
Давайте рассмотрим, почему Будда говорит, что кама — это страдание. В Учении есть такие 3 понятия:
1. Ассада — удовлетворенность, сопутствующая получению камы;
2. Адинава — страдание, сопутствующее получению камы;
3. Неккама — отречение.
Мы находимся в сансаре, потому что мы хотим получить ассаду, удовлетворение. Но если мы хотим получить ассаду нам придётся очень много страдать. Допустим, мы получаем ассаду через язык, чувствуя приятный вкус. Когда приятная еда касается нашего языка — мы получаем какое-то удовлетворение. До этого, чтобы получить эту еду, мы должны работать, зарабатывать деньги, покупать еду, готовить ее, потом мыть посуду и так далее. Если эта еда неполезна — мы можем заболеть. И после, со временем, мы снова хотим это получить, и снова идём по этому кругу. Не получая этого мы начинаем страдать. И таких циклов удовлетворения потребностей у каждого человека несчётное множество. И не удовлетворяя их мы все страдаем. Если же человек удовлетворяя свою жажду нарушает обеты, то сопутствующее страдание ещё многократно возрастает.
В Учении есть такое понимание — кама даха, жар камы. Это значит когда у человека появляется желание, внутри у него возникает жар, и это очень неприятное ощущение, никто не хочет это ощущать. Поэтому мы все хотим получить то, что мы желаем, чтобы охладить этот жар внутри. Поэтому люди, чтобы получить каму, которая принесет им удовлетворенность, делают очень много неблагого: воруют, убивают, лгут, изменяют и т. п. И после этого они опять страдают! И из-за неблагих поступков люди могут переродиться в плохих уделах.
Видя этот жар камы некоторые люди пытаются победить его ударяясь в другую крайность — крайность аскетизма, начиная мучить себя: в жару сидеть у огня, в холод купаться в реке и т. п. Но таким способом невозможно победить каму.
Из-за желания получить удовольствия мы не можем покинуть сансару. Будда говорит, что мы бесконечное время страдаем в сансаре. Отречение же, неккама, возникает когда человек на самом деле видит то огромное количество страдания, которое он испытывает, желая получить удовлетворение. Тогда у человека уменьшается желание получить эти камы. И тогда он отпускает это, он расслабляется. Человеку становится легко соблюдать обеты.
В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, эта сансара не имеет постижимого начала. Первого момента не увидеть, когда бы существа [начали] блуждать и скитаться [в круговерти перерождений], скованные невежеством и спутанные жаждой. Как вы думаете, монахи? Чего больше, потока слёз, что вы пролили, пока блуждали и скитались в течение этого длительного течения [круговерти перерождений], стеная и рыдая от соединения с тем, что неприятно, от разлуки с тем, что приятно — этого, или же воды в четырёх великих океанах?»
«Как мы понимаем Дхамму, которой научил Благословенный, одного только этого куда больше, чем воды в четырёх великих океанах, [а именно] — потока слёз, что мы пролили, пока блуждали и скитались в течение этого длительного течения [круговерти перерождений], стеная и рыдая от соединения с тем, что неприятно, от разлуки с тем, что приятно».
«Хорошо, хорошо, монахи! Хорошо, что вы так понимаете Дхамму, которой я научил. Одного только этого куда больше, чем воды в четырёх великих океанах, [а именно] — потока слёз, что вы пролили, пока блуждали и скитались в течение этого длительного течения [круговерти перерождений], стеная и рыдая от соединения с тем, что неприятно, от разлуки с тем, что приятно.
Долгое время, монахи, вы переживали смерть матери. Потока слёз, что вы пролили, переживая это, пока блуждали и скитались в течение этого длительного течения [круговерти перерождений], стеная и рыдая от соединения с тем, что неприятно, от разлуки с тем, что приятно — больше, чем воды в четырёх великих океанах.
Долгое время, монахи, вы переживали смерть отца… смерть брата… смерть сестры… смерть сына… смерть дочери… потерю близких… потерю богатства… потери, связанные с болезнями. Потока слёз, что вы пролили, переживая это, пока блуждали и скитались в течение этого длительного течения [круговерти перерождений], стеная и рыдая от соединения с тем, что неприятно, от разлуки с тем, что приятно — больше, чем воды в четырёх великих океанах.
И почему так? Потому что, монахи, эта сансара не имеет постижимого начала. Первого момента не увидеть, когда бы существа [начали] блуждать и скитаться [в круговерти перерождений], скованные невежеством и спутанные жаждой.
Вот так долго, монахи, вы переживали страдания, боль, несчастье и наполняли кладбища. Достаточно [долго] для того, чтобы ощутить разочарование [по отношению] ко всем формациям, достаточно для того, чтобы стать беспристрастными по отношению к ним, достаточно для того, чтобы освободиться от них».
Ассу сутта: Слёзы (СН 15.3)
Будда учит, что есть два уровня избавления от камы: виккхамбхана и самуччеда. Виккхамбхана — это значит временное избавление (путём подавления): это соблюдение обетов, развитие самадхи, охрана органов чувств. Самуччеда — это полное избавление от камы.
Оба упомянутых метода направлены на освобождение от камы, стимулов чувственного наслаждения, исходящих из внешнего мира. Мы верим, что во внешнем мире существуют объекты — такие, как вещи, люди, пища — которые приносят чувственные удовольствия. Однако эти же объекты принесут нам и горе, поэтому нам нужно от них освободиться. Но в Учении Будды описывается иной путь. Как я упоминал ранее, существуют две формы камы: ваттхукама и килесакама. Согласно Учению Будды, отказываться нужно не обязательно от ваттхукама — объектов желания, но от килесакама — влечений и алчности, порождаемых внутренними привязанностями и заблуждениями.
Но есть объекты желания от которых мы должны отказаться обязательно, потому что у нас ещё есть сила, практика нравственности — мы должны соблюдать наши обеты. И также от килесакамы мы должны обязательно отказаться.
Что мы можем делать для этого? Самое первое — мы должны исправить наши воззрения относительно ваттхукамы. Ваттхукама — это то, что нам принесёт чувственные удовольствия. Какие у нас воззрения относительно ваттхукамы? «Это драгоценность», «без этого я не могу жить», «это я должен получить», «все хотят этого, и я это хочу», «если я это получу — я буду счастлив». Это могут быть деньги, работа, дом, власть, отношения.
В первую очередь нам нужно изменить наши воззрения: нам нужно думать по-другому. Будда учит нас: думайте, что это как смертельно ядовитая змея. Змея в любой момент может нас укусить, нам нужно быть очень аккуратными.
Представь, Сунаккхатта, смертельно ядовитую змею, и [к ней] подошёл бы человек, который бы хотел жить и не хотел умирать, который бы хотел удовольствия и отвращался от боли. Как ты думаешь, Сунаккхатта, протянул бы тот человек этой змее свою ладонь или большой палец, зная: «Если она меня укусит, я повстречаю смерть или смертельные муки»?
«Нет, уважаемый».
«Точно так же этот монах является тем, кто практикует сдержанность… не может направить своё тело или побудить свой ум к какому-либо обретению».
Сунаккхатта-сутта: к Сунаккхатте, МН 105
Травяной факел
Домохозяин, представь, как если бы человек взял бы пылающий травяной факел и пошёл бы с ним против ветра. Как ты думаешь, домохозяин? Если бы человек не отпустил бы немедля этот пылающий травяной факел, разве этот пылающий травяной факел не сжёг бы его кисть или его руку, или иную часть его тела, из-за чего он повстречал бы смерть или смертельные мучения?»
«Да, уважаемый».
«Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия с травяным факелом. Они приносят много страданий и много отчаяния, а опасность, в них заключённая, и того больше». Увидев это в соответствии с действительностью правильной мудростью, он избегает невозмутимости, которая множественная, основанная на множественном, и развивает невозмутимость, которая объединённая, основанная на едином, где цепляние за материальные вещи мира всецело прекращается без остатка».
Когда мы держим травяной факел в руке огонь постепенно приближается к нам. Использовав факел, мы должны его отпустить, иначе мы обожжёмся. Однако мы обычно продолжаем упорно держать его, не желая отпускать. Почему мы так делаем? Это происходит из-за нашего неведения, из-за того, что у нас другие воззрения. Воззрения, что мы не можем его отпустить, что он является источником нашего счастья, что без него мы не сможем. Наша привязанность — от неправильных воззрений, от неведения.
Яма с углями
Домохозяин, представь яму с горячими углями, глубже человеческого роста, полную раскалённых углей без дыма и пламени. И пришёл бы человек, который хотел жить и не хотел умирать, который хотел удовольствия и отвращался от боли. И два сильных человека схватили бы его за обе руки и потащили его к этой яме с углями. Как ты думаешь, домохозяин? Разве этот человек не стал бы изворачиваться всем своим телом?» «Да, уважаемый. И почему? Потому что этот человек знает, что если он упадёт в эту яму с углями, из-за этого он повстречает смерть или смертельные мучения». «Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия с ямой с углями. Они приносят много страданий… прекращается без остатка».
Люди не понимают, что это желание, эта жажда, эта страсть у них становятся причиной страданий, превращая их жизнь в ад. Они не могут понять, что эти поступки влекут их в яму с углями. Поэтому Будда и говорит, что чувственные удовольствия — это как яма с углями: нас ждёт там только огонь.
Посмотрите, сколько люди так ошибаются. Они в этой жизни создают самим себе здесь ад. Они не могут жить мирно, не могут жить с добротой. И они из-за привязанности, из-за жажды, из-за ненависти, из-за гнева создают ад, а после этой жизни они перерождаются в нижних мирах. Люди не понимают, что всегда было так, и всегда будет так.
Скелет
«Домохозяин, представь собаку, одолеваемую голодом и слабостью, сидящую в ожидании у лавки мясника. И тогда умелый мясник или его ученик бросил бы собаке тщательно обструганный, начисто обструганный скелет без мяса — [лишь] кости, измазанные кровью. Как ты думаешь, домохозяин? Утолила бы эта собака свою слабость и голод, жуя такой тщательно обструганный, начисто обструганный скелет без мяса — [лишь] кости, измазанные кровью?»
«Нет, уважаемый. И почему? Потому что скелет тщательно обструган, начисто обструган, без мяса, [это лишь] кости, измазанные кровью. Со временем собаку ожидала бы лишь усталость и досада».
«Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия со скелетом. Они приносят много страданий и много отчаяния, а опасность, в них заключённая, и того больше». Увидев это в соответствии с действительностью правильной мудростью, он избегает невозмутимости, которая множественная, основанная на множественном, и развивает невозмутимость, которая объединённая, основанная на едином, где цепляние за материальные вещи мира всецело прекращается без остатка».
Если собаке кинуть такую кость, то она не будет подпускать других собак, будет драться с ними, потому что она будет чувствовать запах и думать, что она насытится ей. Она не понимает, что на кости нет мяса, что она ничего ей не принесёт кроме страдания.
Кусок мяса
Домохозяин, представь грифа, цаплю, ястреба, схватившего кусок мяса и улетевшего с ним. И тогда [другие] грифы, цапли, ястребы преследовали бы его, клевали и драли когтями. Как ты думаешь, домохозяин? Если бы тот гриф, цапля или ястреб не отпустил бы немедля этот кусок мяса, не повстречал бы он разве из-за этого смерти или смертельных мучений?»
«Да, уважаемый».
«Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия с куском мяса. Они приносят много страданий… прекращается без остатка».
Сон
Домохозяин, представь как если бы человек грезил о восхитительных парках, восхитительных рощах, восхитительных лужайках, восхитительных озёрах, и, проснувшись, он бы не увидел ничего из всего этого. Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия со сном. Они приносят много страданий… прекращается без остатка».
Долг
Домохозяин, представь как если бы человек взял в долг вещи — узорчатую колесницу и изящные серьги с драгоценным камнями — и, окружив и сопроводив себя этими взятыми в долг вещами, он отправился на рынок. Люди, увидев его, сказали бы: «Господа, как богат этот человек! Вот как богатые наслаждаются своим богатством!» А затем владельцы, увидев его, забрали свои вещи назад. Как ты думаешь, домохозяин? Достаточно ли было бы этого для того, чтобы тот человек пришёл в уныние?»
«Да, уважаемый. И почему? Потому что владельцы забрали свои вещи назад».
Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия с долгом. Они приносят много страданий… прекращается без остатка».
Если человек начинает так думать, то его воззрения меняются. Он использует каму, он живёт здесь, но он понимает опасность. Он понимает, что жажда это плохо, что привязанность это плохо. Зная это, зная эту опасность, он использует каму, но при этом оберегает себя и свой ум.
Жажда, страсть и страдания — они везде одинаковые, нет места, где страдание лучше. Разлука везде одинаковая, даже в божественных мирах. Будда учит, что везде есть страдание из-за камы. Поэтому если человек это знает, если он имеет правильные воззрения, если он практикует нравственность, щедрость, если он развивает ум, то это помогает ему на каком-то уровне избавиться от камы, на какое-то время (виккхамбхана). Это будет ему защитой от этой стрелы с ядом.
Мы должны принимать обеты, соблюдать их, практиковать — это принесёт нам покой. Нет другого счастья, подобного покою. Другое счастье, как мы думаем, это получение камы, чувственных удовольствий. Когда мы что-то получаем — ум радуется, и на самом деле в этом нет ничего плохого, но мы должны устранить нашу внутреннюю жажду, успокоить её. С успокоением внутренней жажды у человека появляется покой, и это огромное счастье. Поэтому мы говорим неккама — практика отречения.
Понимание практики отречения требует очень глубокого осмысления. Если человек правильно думает о каме, то это уже есть практика отречения. Люди могут ошибочно думать, что практика отречения — это отказаться от всех вещей, отказаться от всего, но на самом деле само по себе это не помогает, потому что в уме всё равно остаются омрачения, и человек дальше продолжает страдать и думать о всём, от чего он отказался.
Если человек хочет практиковать отречение, хочет отказаться от всего, то ему нужно изменить свои воззрения. Для этого нужно по-другому думать. Мы думали, что вот эти камы нам принесут счастье: «я хочу это получить, без этого я не смогу жить», «насколько много у меня будет камы, настолько я буду счастлив». Таково было наше воззрение. Если мы его изменяем, если мы понимаем что это не так, если мы думаем, что это опасно, то тогда мы начинаем практиковать неккаму: сколько у меня жажды, страсти, желания, настолько велико будет моё страдание, эта кама — как яд, как смертельно ядовитая змея, как мёд на бритве — это очень опасно. От изменения воззрений появляется отречение, от этого человек начинает жить иначе. Посмотрите, в чём разница: это не обязательно отказ от внешнего объекта, это изменение нашего внутреннего отношения к объекту.
Рассмотрим пример: представим что перед нами лежит какая-то очень вкусная еда. Она выглядит очень привлекательно, очень вкусно пахнет, мгновенно вызывая чувство голода. Но вот кто-то подходит и предупреждает нас: «Не ешь это, там яд». Что будет после этого? Желание съесть её уйдёт, потому что мы понимаем, что если я это съем мне станет очень плохо, и от этого понимания это желание есть исчезает. Пока мы думаем, что это вкусно, что я этого хочу, что я съем всё и буду чувствовать себя хорошо — пока мы так думаем наше желание и наше страдание растут, и чтобы избавиться от этого страдания мы должны съесть эту еду. Но осознание того, что пища может навредить нам, перевешивает её привлекательность.
Представьте, сколько у людей таких желаний, которые, как они знают, приводят к страданию. Желания и страсти становятся причиной их страданий, но люди не понимают, что в действительности это яд. Поэтому мы должны размышлять об этом, думать, использовать логику, только тогда может развиться отречение.
Все эти практики, которые я до этого описывал — это виккхамбхана, временное избавление от камы. Самуччеда же это не какой-то уровень избавления: это полное искоренение камы. Для этого человеку надо полностью понимать реальность, видеть мир как он есть. Если у него будет надмирское понимание, то он поймёт, что такое кама. Именно это путь к полному избавлению от камы. И для этого, опять-таки, в первую очередь нужны правильные воззрения, и для временного избавления, и для полного избавления.
В первую очередь мы должны избавить от апаягами каммы, от каммы (кармы) которая ведёт к перерождениям в нижних мирах. Если посмотреть почему существа перерождаются в адах, то это потому, что они хотят этого, они соглашаются с этим. Это как будто тебя уносит течением, и ты хочешь зацепиться за что угодно, и есть провод под напряжением: если за него схватиться, то это либо смерть, либо огромное страдание. Но люди хватаются не думая, потому что хотят хоть за что-то зацепиться. Во время смерти человек не хочет умирать, он хочет как-то существовать, и от его страсти, от его страха, даже понимая куда он пойдёт, он соглашается там существовать, и его привязанность направится на тот мир. Это есть бхаватанха, жажда к существованию. И почему? Потому что человек не может отпускать.
Что такое правильные воззрения в таком случае? Это Четыре Благородные Истины. Мы должны понимать страдание так, как Будда нас учит:если кратко, то пять совокупностей, подверженных цеплянию, есть страдание (Дхаммачакка паваттана сутта: Поворот колеса Дхаммы, СН 56.11). Это если смотреть на самом глубоком уровне. А также рождение есть страдание, старение есть страдание, болезнь есть страдание, смерть есть страдание, соединение с неприятным есть страдание, разлучение с приятным есть страдание, не получение желаемого есть страдание — это любой человек поймёт, это наше обычное страдание. Но если человек хочет полностью понимать, что такое страдание, то он должен понимать привязанность к пяти совокупностям. Тогда человек может понимать, как появляется кама.
Ещё есть такая гатха: санкаппа раго, пурисасса камо. Санкаппа — это концепции, мысли, раго — это страсть, пурисасса — для человека. Любовь (или страсть) к концепциям, к мыслям — это кама для человека. На самом деле все эти камы — это концепции для нас. Деньги, любовь, божественные миры — что бы мы ни взяли, в конце концов это всё концепции ума для нас, это наши мысли.
Почему мы говорим, что это концепции, когда мы можем это всё видеть в мире? В действительности есть какая-то реальность, но это не то же самое, что у меня в уме. Например, деньги — это наша концепция, наша договорённость. Но если мы почувствуем реальность через наши органы чувств, то разницы между прикосновениями к деньгам и прикосновениям к любой другой бумаге не будет, просто будут какие-то ощущения прикосновения. Если мы смотрим на что-то, то глаз воспринимает только цвета. Тогда, где появляются деньги? У нас в уме. И не только у нас в уме появляются деньги — у всех в уме, поэтому на относительном уровне в нашем человеческом мире мы наделяем что-то какими-то значениями. Но если нам надо избавиться от этого, то мы должны понимать откуда оно появилось. Если у человека есть полное понимание, то он может видеть, что хоть это и есть в уме, но на самом деле в первичной реальности этого нет.
Допустим, мы видим очень красивого человека. Где эта красота? Эта красота в уме. Если мы трогаем что-то, то мы трогаем твёрдость, мягкость, теплоту и так далее. Если мы видим что-то, то мы видим цвета. В действительности там другая реальность. И Будда учит нас, что эту реальность можно видеть по-разному, чтобы видеть свои концепции. Мы можем этот объект взять и размышлять о нём как об элементах, или о частях тела. Тогда сразу видно, что части тела у всех одинаковые, и там нет никакой красоты — красота появилась у меня в уме: санкаппа раго, пурисасса камо.
Как вы думаете, где источник камы? Это неведение, авиджжа. Из-за неведения появляется желание. Если есть желание, то значит там уже есть кама — это наше неведение. Неведение — это значит, что мы неправильно видим мир. Мы видим мир, как будто он принесёт нам счастье. Мы видим, что в мире существую я и существуют другие. На самом деле в реальности работают органы чувств. Работает ухо, воспринимает звуки, возникает сознание уха, исчезает, на его основе возникает сознание ума, используя асавы, используя память ум распознаёт этот звук, и из-за неведения мы думаем, что там какое-то существо. Но это всё появилось в уме, не во внешнем мире. В мире был только звук, и он давно исчез. Но через звук из-за неведения в уме возникло существо, человек, кама. Или через глаз, через нос, через язык, через тело. Но первичная реальность другая.
Когда мы говорим, что мы живём — что это значит? Это значит, что у нас есть органы чувств и объекты органов чувств. И теперь вы можете определить, где эти камы. Это не объекты глаза, потому что объекты глаза это цвета, и цвета не являются камой. Объекты уха — это звуки, звуки не являются камой. Объекты носа — это просто запахи, запахи не являются камой. Когда мы говорим: «Это манго, это апельсин, это яблоко», — то это уже кама. В реальности просто запахи, вкусы, цвета. Каму создаёт наше неведение. Даже объекты ума — это не кама. Объекты ума — это мысли. Как мысли станут камой? Если мы видим мысли как мысли, концепции ума как концепции ума, то там нет камы. Кама появляется из-за неведения: мы наши мысли видим как людей, как драгоценности, как внешние объекты. И в этом мираже мы живём. Но это просто мираж!
Поэтому если человеку надо победить каму, то он должен в первую очередь видеть, что это есть страдание. Причина страдания — это жажда возникающая из-за неведения. И если этих жажды и неведения нет — то у нас есть покой. Если человек хочет туда идти, то есть Благородный Восьмеричный Путь.
«Уничтожение жажды, уничтожение злобы, уничтожение заблуждения – вот что называется Бессмертным. Этот самый Благородный Восьмеричный Путь является путём, ведущим к Бессмертному, то есть:
* Правильные Воззрения,
* Правильное Устремление,
* Правильная Речь,
* Правильные Действия,
* Правильные Средства к жизни,
* Правильное Усилие,
* Правильная Осознанность,
* Правильное Сосредоточение».
Дутия анньятара бхиккху сутта: Один монах (II), СН 45.7
Но основа всего, то с чего всё начинается — это правильные воззрения. Нам нужно понимать: санкаппа раго, пурисасса камо, все камы — это концепции для человека. Видите каму как голову змеи, как яд, как мёд на бритве. Идите аккуратно, бдительно, не страдайте. Желаю вам удачи в вашей практике, пусть эти заслуги от изучения Дхаммы помогут вам достичь Ниббаны!
[Божество]:
«Чем поражён весь этот мир?
Чем этот целый мир окутан?
Какой стрелой был ранен он?
И чем он постоянно полыхает?»
[Благословенный]:
«Мир этот смертью поражён.
«Мир этот смертью поражён.
Старением этот мир окутан.
Стрелою жажды ранен он.
Желанием постоянно полыхает».
Аттахата сутта: Поражён, СН 1.66
|