| [Благословенный
сказал]: «Монахи, представьте, как если бы Гималаи, царь всех
гор, были бы разрушены и изничтожены, кроме семи частиц гравия
размером с горчичное зерно. Как вы думаете, монахи, чего больше
– части Гималаев, царя всех гор, что была разрушена и изничтожена,
или же семи частиц гравия размером с горчичное зерно, что остались?»
«Уважаемый,
части Гималаев, царя всех гор, что была разрушена и изничтожена,
больше. Семь частиц гравия размером с горчичное зерно, что остались,
– практически ничто. В сравнении с частью Гималаев, царя всех
гор, что была разрушена и изничтожена, оставшиеся семь частиц
гравия размером с горчичное зерно даже не идут в расчёт, не
выдерживают никакого сопоставления, не могут сравниться даже
с частью [Гималаев]».
«Точно
так же, монахи, для благородного ученика, человека, совершенного
в воззрениях, который совершил постижение [Дхаммы], страданий,
что были полностью разрушены и изничтожены, больше, тогда как
те [страдания], что [ему] осталось [пережить], – практически
ничто. В сравнении с той массой страданий, которая была разрушена
и изничтожена, оставшееся [страдание] даже не идёт в расчёт,
не выдерживает никакого сопоставления, не может сравниться даже
с частью [той массы страданий], поскольку [ему осталось пережить
страданий за срок] не более чем в семь жизней. Он тот, кто понимает
в соответствии с действительностью: «Это – страдание; это –
происхождение страдания; это – прекращение страдания; это –
путь, ведущий к прекращению страдания»1.
Таким
образом, монахи, следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это
– страдание». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это
– происхождение страдания». Следует прилагать усилие, чтобы
понять: «Это – прекращение страдания». Следует прилагать усилие,
чтобы понять: «Это – путь, ведущий к прекращению страдания».
|