| Однажды
группа старших монахов проживала в Маччхикасанде, в роще Дикого
Манго. И тогда домохозяин Читта отправился к тем старшим монахам,
поклонился им, сел рядом и сказал: «Уважаемые, пусть старцы согласятся
принять приглашение от меня на завтрашний обед».
Старшие
монахи молча согласились. И тогда домохозяин Читта, осознав,
что старцы согласились, поднялся со своего сиденья, поклонился
им и ушёл, обойдя их с правой стороны. И после того как минула
ночь, [рано] утром старшие монахи оделись, взяли чаши и внешние
одеяния и отправились к дому домохозяина Читты. Там они сели
на подготовленные сиденья. И тогда домохозяин Читта подошёл
к старшим монахам, поклонился им, сел рядом и сказал старейшему
из них: «Уважаемый старец, различные воззрения, что возникают
в мире:
* «Мир
вечен» или «Мир не вечен»;
* «Мир
ограничен» или «Мир безграничен»;
* «Душа
и тело –
это одно и то же» или «Душа одно, а тело – иное»;
* «Татхагата
существует после смерти»,
* «Татхагата
не существует после смерти»,
* «Татхагата
и существует и не существует после смерти»,
* «Татхагата
ни существует, ни не существует после смерти»
–
эти, а также и шестьдесят два воззрения, упомянутые в Брахмаджале:
что существует, когда эти воззрения возникают? Чего не существует,
когда этих воззрений не возникает?»
Когда
так было сказано, старейший ничего не ответил. Во второй раз
и в третий раз домохозяин Читта задал тот же самый вопрос, и
во второй и в третий раз старейший ничего не ответил.
В
то время достопочтенный Исидатта был самым младшим монахом в
той общине монахов. И достопочтенный Исидатта обратился к старейшему:
«Позвольте, уважаемый старец, ответить на вопрос домохозяина
Читты».
«Отвечай,
друг Исидатта».
«Домохозяин,
ты спрашиваешь так: «Уважаемый старец, различные воззрения,
что возникают в мире... Чего не существует, когда этих воззрений
не возникает?»
«Да,
уважаемый».
«Что
касается различных воззрений, что возникают в мире, домохозяин,
– «Мир вечен…» ...«Татхагата ни существует, ни не существует
после смерти» – эти, а также и шестьдесят два воззрения, упомянутые
в Брахмаджале: когда наличествуют воззрения о «я», то возникают
эти воззрения. Когда не наличествуют воззрения о «я», тогда
этих воззрений не возникает».
«Но,
уважаемый, каким образом возникает воззрение о «я»?
«Вот,
домохозяин, необученный заурядный человек, который не уважает
Благородных, неумелый и нетренированный в их Дхамме, который
не уважает чистых людей, неумелый и нетренированный в их Дхамме,
считает, что:
* материальная
форма – это «я»; или что
* «я»
владеет материальной
формой; или что
* материальная
форма находится внутри «я»; или что
*
«я» находится в материальной
форме.
Он считает, что чувство… восприятие… формации [ума]... сознание
– это «я»; или что «я» владеет сознанием; или что сознание находится
внутри «я»; или что «я» находится в сознании. Вот как возникает
воззрение о «я».
«И
как, уважаемый, не возникает воззрения о «я»?
«Вот,
домохозяин, хорошо обученный благородный ученик, который уважает
Благородных, умелый и тренированный в их Дхамме, который уважает
чистых людей, умелый и тренированный в их Дхамме, не считает,
что материальная форма – это «я»;
или что «я»
владеет материальной
формой; или что материальная
форма находится внутри «я»;
или что «я»
находится в материальной
форме. Он
не считает, что чувство… восприятие… формации [ума]... сознание
– это «я»;
или что «я»
владеет сознанием; или что сознание находится внутри «я»;
или что «я»
находится в сознании. Вот так не возникает воззрения о «я».
«Уважаемый,
откуда родом господин Исидатта?»
«Я из Аванти,
домохозяин».
«Там,
уважаемый, в Аванти, есть один человек по имени Исидатта, наш
друг, которого мы никогда не видели, и который покинул мирскую
жизнь ради жизни бездомной. Встречал ли достопочтенный его когда-либо?»
«Да, домохозяин».
«И
где же, уважаемый, теперь этот достопочтенный проживает?»
Когда так
было сказано, достопочтенный Исидатта ничего не ответил.
«Господин,
вы и есть тот самый Исидатта?»
«Да, домохозяин».
«Тогда
пусть господин Исидатта довольствуется восхитительной рощей
Дикого Манго у Маччхикасанды. А я буду усердно снабжать господина
Исидатту одеждой, едой, кровом и лекарствами».
«Звучит
любезно, домохозяин».
И тогда
домохозяин Читта, восхитившись и возрадовавшись словам достопочтенного
Исидатты, собственноручно обслужил старших монахов различными
видами превосходной еды. Когда старшие монахи поели и убрали
чаши, они встали со своих сидений и ушли.
Затем
старейший обратился к достопочтенному Исидатте: «Хорошо, друг
Исидатта, что тебе пришёл на ум ответ на этот вопрос. Мне ответ
на ум не пришёл. Поэтому, друг Исидатта, каждый раз, когда и
в другое время подобный вопрос будут задавать, тебе и следует
его прояснять».
И
затем достопочтенный Исидатта привёл в порядок жилище, взял
чашу и внешнее одеяние и покинул Маччхикасанду. И после того
как он ушёл, он никогда сюда более не возвращался.
|