| В
Саваттхи. Сидя рядом, монах сказал Благословенному: «Уважаемый,
есть ли какая-либо материальная форма, которая постоянна, устойчива,
вечна, не подвержена изменениям и будет пребывать такой вечно?
Уважаемый, есть ли какое-либо чувство… восприятие… формации [ума]...
сознание, которое постоянно, устойчиво, вечно, не подвержено изменениям
и будет пребывать таким вечно?»
«Монах,
нет такой материальной формы, которая постоянна, устойчива,
вечна, не подвержена изменениям и будет пребывать такой вечно.
Нет такого чувства… нет такого восприятия… нет таких формаций…
нет такого сознания, которое постоянно, устойчиво, вечно, не
подвержено изменениям и будет пребывать таким вечно».
Затем
Благословенный зачерпнул своим ногтем немного земли и сказал
этому монаху: «Монах, нет даже такого количества материальной
формы, которая была бы постоянной, устойчивой, вечной, не подверженнойизменениям
и пребывала такой вечно. Если было хотя бы вот столько материальной
формы, которая была бы постоянной, устойчивой, вечной, не подверженной
изменениям и пребывала такой вечно, то ведения святой жизни
ради полного уничтожения страданий нельзя было бы узреть. Но
поскольку нет даже такого количества материальной формы, которая
была бы постоянной, устойчивой, вечной, не подверженной изменениям,
то можно узреть ведение святой жизни ради полного уничтожения
страданий.
Нет
даже такого количества чувства… восприятия… формаций… сознания,
которое было бы постоянным, устойчивым, вечным, не подверженным
изменениям и пребывало бы таким вечно. Если бы было хотя бы
вот столько сознания, которое было бы постоянным, устойчивым,
вечным, не подверженным изменениям и пребывало бы таким вечно,
то ведения святой жизни ради полного уничтожения страданий нельзя
было бы узреть. Но поскольку нет даже такого количества сознания,
которое было бы постоянным, устойчивым, вечным, не подверженным
изменениям, то можно узреть ведение святой жизни ради полного
уничтожения страданий.
Как
ты думаешь, монах, постоянна ли материальная форма или непостоянна?
«Непостоянна,
уважаемый».
«А то, что
непостоянно, то является страданием или счастьем?»
«Страданием,
уважаемый».
«А
то, что непостоянно и является страданием, подвержено изменению – может
ли считаться таковым: «Это моё, я таков, это моё «я»?
«Нет, уважаемый».
«Чувство постоянно или непостоянно?...
«Восприятие постоянно или непостоянно?...
«Формации постоянны или непостоянны?...
«Сознание постоянно или непостоянно?»
«Непостоянно,
уважаемый».
«А то, что
непостоянно, то является страданием или счастьем?»
«Страданием,
уважаемый».
«А
то, что непостоянно и является страданием, подвержено изменению – может
ли считаться таковым: «Это моё, я таков, это моё «я»?
«Нет, уважаемый».
«Поэтому,
монах, любой вид материальной формы – прошлой, настоящей, будущей,
внутренней или внешней, грубой или утончённой, посредственной
или превосходной, далёкой или близкой – всякую материальную
форму следует видеть в соответствии с действительностью правильной
мудростью: «Это не моё, я не таков, это не моё «я». Любой вид
чувства… любой вид восприятия… любой вид формаций… любой вид
сознания – прошлого, настоящего, будущего, внутреннего или внешнего,
грубого или утончённого, посредственного или превосходного,
далёкого или близкого – всякое сознание следует видеть в соответствии
с действительностью правильной мудростью: «Это не моё, я не
таков, это не моё «я».
Видя так,
монах, обученный благородный ученик разочаровывается в материальной форме... чувстве... восприятии... формациях... сознании. Разочаровавшись, он становится бесстрастным. Посредством бесстрастия [его ум] освобождён. Когда он освобождён, приходит знание: «Он освобождён».
Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования».
|