Так
я слышал. Однажды достопочтенный Нандака проживал в Саваттхи,
в Восточном парке, во дворце Мигараматы. И тогда Салха, внук
Мигары, а также Рохана, внук Пекхунии, подошли к достопочтенному
Нандаке, поклонились ему и сели рядом. Тогда достопочтенный
Нандака сказал Салхе:
«Ну
же, Салха, не принимайте [чего-либо только на основании]
* устной традиции,
*
наследия учения,
*
слухов,
*
собрания [священных] текстов,
*
логических рассуждений,
*
умозаключений,
*
раздумий,
*
согласия с воззрением после его обдумывания,
*
кажущейся осведомлённости [говорящего],
*
или же если вы думаете: «[Этот] отшельник – наш гуру».
Но когда вы знаете сами: «Эти вещи являются неблагими, эти
вещи достойны порицания, эти вещи порицаются мудрыми, эти
вещи, если принять и предпринимать их, ведут к вреду и страданию»
– то тогда вам следует отбросить их.
(1) Как
ты думаешь, Салха, существует ли жажда?»
«Да,
уважаемый».
«И
я говорю тебе, что это означает влечение. Жаждущий человек,
полный влечения, убивает живых существ, берёт то, что [ему]
не было дано, совершает проступок с чужой женой, лжёт; и он
побуждает других поступать также. Приведёт ли это к его вреду
и страданию на долгое время?»
«Да,
уважаемый».
(2) «Как
ты думаешь, Салха, существует ли злоба?»
«Да,
уважаемый».
«И
я говорю тебе, что это означает недоброжелательность. Человек,
полный ненависти, с умом, одолеваемым недоброжелательностью,
убивает живых существ, берёт то, что [ему] не было дано, совершает
проступок с чужой женой, лжёт; и он побуждает других поступать
также. Приведёт ли это к его вреду и страданию на долгое время?»
«Да,
уважаемый».
(3) «Как
ты думаешь, Салха, существует ли заблуждение?»
«Да,
уважаемый».
«И
я говорю тебе, что это означает неведение. Заблуждающийся
человек, с умом, погружённым в неведение, убивает живых существ,
берёт то, что [ему] не было дано, совершает проступок с чужой
женой, лжёт; и он побуждает других поступать также. Приведёт
ли это к его вреду и страданию на долгое время?»
«Да,
уважаемый».
«Как ты
думаешь, Салха? Эти вещи являются благими или неблагими?»
«Неблагими,
уважаемый».
«Порицаемыми
или безукоризненными?»
«Порицаемыми,
уважаемый».
«Критикуемыми
или восхваляемыми мудрыми?»
«Критикуемыми
мудрыми, уважаемый».
«Если
их принять и предпринимать, они ведут к вреду и страданию
или же нет, или как вы считаете?»
«Если
их принять и предпринимать, они ведут к вреду и страданию.
Вот как мы считаем».
«Поэтому,
Салха, когда мы сказали: «Ну же, Салха, не принимайте [чего-либо
только] на основании устной традиции… но когда вы знаете сами…
эти вещи, если принять и предпринимать их, ведут к вреду и
страданию» – то тогда вам следует отбросить их» – то вот почему
так было сказано.
Ну
же, Салха, не принимайте [чего-либо только] на основании устной
традиции… «[Этот] отшельник – наш гуру». Но когда вы знаете
сами: «Эти вещи являются благими, эти вещи безукоризненны,
эти вещи восхваляются мудрыми, эти вещи, если принять и предпринимать
их, ведут к благополучию и счастью» – то тогда вам следует
жить в соответствии с ними.
Как
ты думаешь, Салха, существует ли не-жажда?»
«Да,
уважаемый».
«И
я говорю тебе, что это означает отсутствие влечения. Человек,
не имеющий жажды, не имеющий влечения, не убивает живых существ,
не берёт то, что [ему] не было дано, не совершает проступок
с чужой женой, не лжёт; и не поощряет других поступать так.
Приведёт ли это к его благополучию и счастью на долгое время?»
«Да,
уважаемый».
«Как
ты думаешь, Салха, существует ли не-злоба?»
«Да,
уважаемый».
«И
я говорю тебе, что это означает доброту. Человек, не имеющий
ненависти, с умом, полным доброты, не убивает живых существ,
не берёт то, что [ему] не было дано, не совершает проступок
с чужой женой, не лжёт; и не поощряет других поступать так.
Приведёт ли это к его благополучию и счастью на долгое время?»
«Да,
уважаемый».
«Как
ты думаешь, Салха, существует ли не-заблуждение?»
«Да,
уважаемый».
«И
я говорю тебе, что это означает истинное знание. Не заблуждающийся
человек, который дошёл до истинного знания, не убивает живых
существ, не берёт то, что [ему] не было дано, не совершает
проступок с чужой женой, не лжёт; и не поощряет других поступать
так. Приведёт ли это к его благополучию и счастью на долгое
время?»
«Да,
уважаемый».
«Как ты
думаешь, Салха? Эти вещи являются благими или неблагими?»
«Благими,
уважаемый».
«Порицаемыми
или безукоризненными?»
«Безукоризненными,
уважаемый».
«Критикуемыми
или восхваляемыми мудрыми?»
«Восхваляемыми
мудрыми, уважаемый».
«Если
их принять и предпринимать, они ведут к благополучию и счастью
или же нет, или как вы считаете?»
«Если
их принять и предпринимать, они ведут к благополучию и счастью.
Вот как мы считаем».
«Поэтому,
Салха, когда мы сказали: «Ну же, Салха, не принимайте [чего-либо
только] на основании устной традиции… но когда вы знаете сами…
эти вещи, если принять и предпринимать их, ведут к благополучию
и счастью» – то тогда вам следует жить в соответствии с ними»
– то вот почему так было сказано.
Затем,
Салха, этот благородный ученик, который подобным образом лишён
влечения, лишён недоброжелательности, не сбит с толку, бдителен,
всегда осознан, пребывает, наполняя первую сторону света умом,
наделённым доброжелательностью… состраданием… сорадованием…
невозмутимостью, равно как и вторую сторону, третью сторону
и четвёртую сторону. Вверх, вниз, вокруг и всюду, ко всем
как к самому себе – он пребывает, охватывая и наполняя весь
мир умом, наделённым доброжелательностью... состраданием…
сорадованием… невозмутимостью... – обильным, возвышенным,
безмерным, не имеющим враждебности и недоброжелательности.
И
тогда он понимает так: «Есть это. Есть низшее. Есть высшее.
Есть дальнейшее спасение от всего, во что вовлечено восприятие».
Когда он знает и видит так, его ум освобождается от пятна
чувственности, от пятна существования, от пятна неведения.
Когда он освобождён, приходит знание: «[Он] освобождён». Он
понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано
то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо
состоянии существования».
Он
понимает так: «Прежде была жажда. Это было неблагим. Теперь
её нет. Это является благим. Прежде была злоба. Это было неблагим.
Теперь её нет. Это является благим. Прежде было заблуждение.
Это было неблагим. Теперь его нет. Это является благим».
Вот
как он в этой самой жизни пребывает без потребности, угасшим
и потухшим, переживая блаженство, сам став святым»1.