| Так
я слышал. Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты,
в парке Анатхапиндики. Там Благословенный обратился к монахам:
«Монахи!»
«Уважаемый»,
– ответили те монахи.
Благословенный
сказал: «Монах, который не является умелым в [видении] путей
умов других, [должен тренировать себя так]: „Я буду умелым [в
видении] путей своего собственного ума“.
Подобно
мужчине или женщине – юной, молодой, которой нравятся украшения,
которая изучает отражение своего лица в ярком чистом зеркале
или в чаше с чистой водой, – если она увидит грязь или пятно
на нём, она постарается устранить его. Если она не увидит ни
грязи, ни пятна на нём, она будет рада: „Как прекрасно, что
оно чистое!“. Точно так же изучение себя самого очень полезно
монаху [для роста] в благих качествах. [Он должен спрашивать
себя]:
*
(1) «Я обычно поддаюсь алчности или [пребываю] без алчности?
*
(2) Я обычно поддаюсь недоброжелательности или [пребываю] без
недоброжелательности?
*
(3) Меня обычно одолевают лень и апатия или [я пребываю] без
лени и апатии?
*
(4) Я обычно неугомонный или спокойный?
*
(5) Меня обычно терзают сомнения или я свободен от сомнений?
*
(6) Я обычно злой или [пребываю] без злобы?
*
(7) Мой ум обычно запятнан или не запятнан?
*
(8) Моё тело обычно возбуждено или не возбуждено?
*
(9) Я обычно ленив или усерден?
*
(10) Я обычно не сосредоточен или сосредоточен?“
Если, изучая самого себя, монах знает: „Я обычно поддаюсь алчности,
поддаюсь недоброжелательности, одолеваем ленью и апатией, неугомонный,
терзаем сомнениями, злой, с запятнанным умом, возбуждённый в
теле, ленивый, несосредоточенный“, – то тогда он должен приложить
дополнительное желание, усилие, рвение, воодушевление, неутомимость,
осознанность и бдительность в отношении отбрасывания этих самых
плохих, неблагих качеств.
Подобно
тому как тот, у кого загорелись одежда или [волосы] на голове,
приложил бы дополнительное желание, усилие, рвение, воодушевление,
неутомимость, осознанность и бдительность, для того чтобы потушить
[пламя] на своей одежде или голове, точно так же этот монах
должен приложить дополнительное желание, усилие, рвение, воодушевление,
неутомимость, осознанность и бдительность ради отбрасывания
этих самых плохих, неблагих качеств.
Но,
если, изучая самого себя, монах знает: „Я обычно [пребываю]
без алчности, без недоброжелательности, без лени и апатии, [пребываю]
спокойным, без сомнений, без злобы, с незапятнанным умом, не
возбуждённым в теле, усердным, сосредоточенным“, – то тогда
он должен опереться на эти самые качества и приложить дальнейшее
усилие для достижения уничтожения пятен [умственных загрязнений]».
|