Буддизм
                Учение Старцев
 
«
Тхеравада.ру    
   
 

 
  ٭
.

Магандия сутта: К Магандии
МН 75

 
редакция перевода: 30.08.2015
Перевод с английского: SV

источник:
"Majjhima Nikaya by Nyanamoli & Bodhi, p. 607"

Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в стране Куру, где был город Куру под названием Каммасадхамма, на травяной подстилке в брахманском огненном зале, принадлежавшем клану Бхарадваджей. И тогда, утром, Благословенный оделся, взял свою чашу и верхнее одеяние, и отправился в Каммасадхамму за подаяниями. Походив за подаяниями в Каммасадхамме, вернувшись с хождения за подаяниями, после принятия пищи он отправился в некую рощу, чтобы провести там остаток дня. Войдя в рощу, он сел у подножья дерева, чтобы провести здесь остаток дня.
И тогда странник Магандия, ходивший и бродивший [тут и там] ради того, чтобы размяться, отправился к брахманскому огненному залу, принадлежавшему клану Бхарадваджей. Там он увидел подготовленную травяную подстилку и спросил брахмана: «Для кого подготовлена эта травяная подстилка в огненном зале Мастера Бхарадваджи? Похоже на постель отшельника».
«Мастер Магандия, есть отшельник Готама, сын Сакьев, который ушёл в бездомную жизнь из клана Сакьев. И об этом мастере Готаме распространилась славная молва: «Благословенный – совершенный, полностью просветлённый, совершенный в знании и поведении, высочайший, знаток миров, непревзойдённый вожак тех, кто должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный». Эта постель была приготовлена для этого Мастера Готамы».
«Воистину, Мастер Бхарадваджа, печальное зрелище для нас – увидеть постель этого разрушителя возрастания1, Мастера Готамы».
«Будь осторожен в том, что говоришь, Магандия, будь осторожен в том, что говоришь! Многие учёные знатные люди, учёные брахманы, учёные домохозяева, учёные отшельники имеют полное доверие к Мастеру Готаме, тренировались под его [учительством] в благородном истинном пути, в Дхамме, которая благая».
«Мастер Бхарадваджа, даже если мы встретимся лицом к лицу с этим Мастером Готамой, мы всё равно скажем ему прямо в лицо: «Отшельник Готама – разрушитель возрастания». И почему? Потому что это дошло до нас в наших [священных] текстах2».
«Если Мастер Магандия не возражает, могу ли я сказать об этом Мастеру Готаме?»
«Пусть Мастер Бхарадваджа не будет обеспокоенным. Скажи ему то, что я сказал».
Тем временем божественным ухом, очищенным и превосходящим человеческое, Благословенный услышал эту беседу между брахманом из клана Бхарадваджей и странником Магандией. И тогда, вечером, Благословенный вышел из медитации, отправился к брахманскому огненному залу, и сел на подготовленную травяную подстилку. Тогда брахман из клана Бхарадваджей подошёл к Благословенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом. Благословенный спросил его:
«Бхарадваджа, была ли у тебя какая-либо беседа со странником Магандией об этой самой травяной подстилке?»
Когда так было сказано, брахмана охватил благоговейный страх, его волосы встали дыбом, и он ответил: «Мы хотели рассказать Мастеру Готаме об этом, но Мастер Готама опередил нас».
Но эта беседа между Благословенным и брахманом из клана Бхарадваджей осталась незавершённой, так как странник Магандия, ходивший и бродивший [тут и там] ради того, чтобы размяться, пришёл в брахманский огненный зал и направился к Благословенному. Он обменялся с ним вежливыми приветствиями, и после обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом. Благословенный сказал ему:
«Магандия, глаз наслаждается формами, находит удовольствие в формах, радуется формам. Это было укрощено Татхагатой, охраняется, защищается, сдерживается. И он обучает Дхамме ради сдерживания [глаза]. В отношении этого ли ты сказал: «Отшельник Готама – разрушитель возрастания»?
«В отношении этого я сказал, Мастер Готама: «Отшельник Готама – разрушитель возрастания». И почему? Потому что это дошло до нас в наших [священных] текстах».
«Ухо наслаждается звуками…
Нос наслаждается запахами…
Язык наслаждается вкусами…
Тело наслаждается осязаемыми вещами…
Ум наслаждается умственными объектами, находит удовольствие в умственных объектах, радуется умственным объектам. Это было укрощено Татхагатой, охраняется, защищается, сдерживается. И он обучает Дхамме ради сдерживания [ума]. В отношении этого ли ты сказал: «Отшельник Готама – разрушитель возрастания»?
«В отношении этого я сказал, Мастер Готама: «Отшельник Готама – разрушитель возрастания». И почему? Потому что это дошло до нас в наших [священных] текстах».
«Как ты думаешь, Магандия? Бывает так, что прежде некий человек наслаждался собой благодаря формам, познаваемым глазом, которые желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанны с чувственным желанием, вызывающие страсть. Позже, поняв в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, привлекательность, опасность, и спасение в отношении форм, он смог бы отбросить жажду к формам, устранить взбудораженность к формам, пребывать без влечения, с внутренне умиротворённым умом. Что бы ты сказал о нём, Магандия?»
«Ничего, Мастер Готама».
«Как ты думаешь, Магандия? Может быть так, что прежде некий человек наслаждался собой благодаря звукам… запахам… вкусам… осязаемым вещам, познаваемым телом, которые желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанны с чувственным желанием, вызывающие страсть. Позже, поняв в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, привлекательность, опасность, и спасение в отношении осязаемых вещей, он смог бы отбросить жажду к осязаемым вещам, устранить взбудораженность к осязаемым вещам, пребывать без влечения, с внутренне умиротворённым умом. Что бы ты сказал о нём, Магандия?»
«Ничего, Мастер Готама».
«Магандия, прежде, когда я жил домохозяйской жизнью, я наслаждался собой, будучи обеспеченным и наделённым пятью нитями чувственных удовольствий: формами, познаваемыми глазом… осязаемыми вещами, познаваемыми телом, которые желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанны с чувственным желанием, вызывающие страсть. У меня было три дворца: один для зимнего сезона, один для летнего, один для сезона дождей. Четыре месяца я проводил во дворце для сезона дождей, наслаждаясь собой благодаря музыкантам, среди которых не было ни одного мужчины. И я ни разу не спускался в нижние помещения дворца.
Позже, поняв в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, привлекательность, опасность, и спасение в отношении чувственных удовольствий, я отбросил жажду к чувственным удовольствиям, устранил взбудораженность к чувственным удовольствиям, пребывал без влечения, с внутренне умиротворённым умом.
Я вижу других существ, которые не освобождены от жажды к чувственным удовольствиям, как их пожирает жажда к чувственным удовольствиям, как они сгорают во взбудораженности к чувственным удовольствиям, потакают чувственным удовольствиям, и я не завидую им, как и не наслаждаюсь этим. И почему? Потому что, Магандия, есть наслаждение, которое отделено от чувственных удовольствий, отделено от неблагих состояний, которое превосходит даже небесное блаженство. Поскольку я наслаждаюсь этим, то я не завидую низшему, как и не наслаждаюсь этим.
Представь, Магандия, домохозяина или сына домохозяина – богатого, с большим богатством и имуществом, обеспеченного и наделённого пятью нитями чувственного удовольствия. Он мог бы наслаждаться собой благодаря формам, познаваемым глазом… звукам… запахам… вкусам… осязаемым вещам, познаваемым телом, которые желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанны с чувственным желанием, вызывающие страсть. Если он хорошо себя вёл телом, речью, и умом, то после распада тела, после смерти, он может переродиться в счастливом уделе, в небесном мире в свите богов Тридцати Трёх. И там, окружённый нимфами в роще Нанданы, он может наслаждаться собой, будучи обеспеченным и наделённым пятью нитями божественных чувственных удовольствий. Представь, если бы он увидел домохозяина или сына домохозяина, который наслаждается собой, обеспеченный и наделённый пятью нитями [человеческих] чувственных удовольствий. Как ты думаешь, Магандия? Стал бы этот молодой дэва, окружённый нимфами в роще Нанданы, наслаждающийся собой, будучи обеспеченным и наделённым пятью нитями божественных чувственных удовольствий, завидовать домохозяину или сыну домохозяина из-за пяти нитей человеческих чувственных удовольствий, или мог бы он соблазниться человеческими чувственными удовольствиями?»
«Нет, Мастер Готама. И почему? Потому что божественные чувственные удовольствия куда более превосходны и возвышенны, нежели человеческие чувственные удовольствия».
«Точно также, Магандия, прежде, когда я жил домохозяйской жизнью, я наслаждался собой… Позже, поняв в соответствии с действительностью… пребывал без влечения, с внутренне умиротворённым умом. Я вижу других существ, которые не освобождены от жажды к чувственным удовольствиям… не завидую низшему, как и не наслаждаюсь этим.
Представь, Магандия, прокажённого с язвами и волдырями на членах своего тела, пожираемого червями, расчёсывающего коросты на ранах своими ногтями, прижигающего своё тело над ямой с раскалёнными углями. И вот его друзья и товарищи, его родственники и родня, привели бы к нему врача, чтобы излечить его. Врач изготовил бы для него лекарство, и благодаря этому лекарству тот человек излечился бы от проказы, стал благополучным и счастливым, независимым, хозяином самому себе, и отправился бы туда, куда пожелал. Затем он увидел бы другого прокажённого… прижигающего своё тело над ямой с раскалёнными углями. Как ты думаешь, Магандия? Стал бы этот человек завидовать тому прокажённому из-за его прижигания [тела] над ямой с раскалёнными углями или же из-за его использования лекарства?»
«Нет, Мастер Готама. И почему? Потому что когда есть болезнь, есть потребность в лекарстве, а когда болезни нет, то и нет потребности в лекарстве».
«Точно также, Магандия, прежде, когда я жил домохозяйской жизнью, я наслаждался собой… Позже, поняв в соответствии с действительностью… пребывал без влечения, с внутренне умиротворённым умом. Я вижу других существ, которые не освобождены от жажды к чувственным удовольствиям… не завидую низшему, как и не наслаждаюсь этим.
Представь, Магандия, прокажённого с язвами и волдырями на членах своего тела… И вот его друзья… привели бы к нему врача, чтобы излечить его… стал благополучным и счастливым, независимым, хозяином самому себе, и отправился бы туда, куда пожелал. И два сильных человека схватили бы его за обе руки и потащили к яме с раскалёнными углями. Как ты думаешь, Магандия? Разве не стал бы этот человек выкручиваться всем своим телом?»
«Да, Мастер Готама. И почему? Потому что этот огонь воистину болезненный для прикосновения, горячий, обжигающий».
«Как ты думаешь, Магандия? Только теперь этот огонь стал болезненным для прикосновения, горячим, обжигающим, или же прежде он тоже был огнём, который болезненный для прикосновения, горячий, обжигающий?»
«Мастер Готама, этот огонь и сейчас болезненный для прикосновения, горячий, обжигающий, и прежде также этот огонь был огнём, который болезненный для прикосновения, горячий, обжигающий. Когда тот человек был прокажённым с язвами и волдырями на членах своего тела, пожираемым червями, расчёсывающим коросты на ранах своими ногтями, его органы чувств были повреждены. Поэтому, несмотря на то, что огонь в действительности был болезненным для прикосновения, он ошибочно воспринимал его приятным».
«Точно также, Магандия, в прошлом чувственные удовольствия были болезненными для прикосновения, горячими, обжигающими. В будущем чувственные удовольствия будут болезненными для прикосновения, горячими, обжигающими. И сейчас чувственные удовольствия являются болезненными для прикосновения, горячими, обжигающими. Но те существа, которые не лишены жажды к чувственным удовольствиям, которые пожираемы жаждой к чувственным удовольствиям, которые сгорают во взбудораженности к чувственным удовольствиям, имеют повреждённые органы чувств. Так, хотя чувственные удовольствия в действительности болезненные для прикосновения, горячие, обжигающие, они ошибочно воспринимают их приятными3.
Представь, Магандия, прокажённого… прижигающего своё тело над ямой с раскалёнными углями. Чем больше он расчёсывает коросты и ожоги на своём теле, тем более противными, зловонными, и заражёнными становятся его язвы, но всё же он получает некоторую долю удовлетворения и наслаждения при расчёсывании своих язв. Точно также, Магандия, существа, которые не лишены жажды к чувственным удовольствиям, которые пожираемы жаждой к чувственным удовольствиям, которые сгорают во взбудораженности к чувственным удовольствиям, всё ещё потакают чувственным удовольствиям. Чем больше такие существа потакают чувственным удовольствиям, тем больше возрастает их жажда к чувственным удовольствиям, но всё же они получают некоторую долю удовлетворения и наслаждения в зависимости от пяти нитей чувственных удовольствий.
Как ты думаешь, Магандия? Видел ли ты когда-либо или слышал ли о царе или царском министре, наслаждающимся собой, будучи обеспеченным и наделённым пятью нитями чувственного удовольствия, который без оставления жажды к чувственным удовольствиям, без устранения взбудораженности к чувственным удовольствиям, мог бы пребывать свободным от влечения, с внутренне умиротворённым умом, или который мог бы [пребывать сейчас], или смог бы так пребывать [в будущем]?»
«Нет, Мастер Готама».
«Хорошо, Магандия. Я тоже никогда не видел и не слышал о царе… смог бы так пребывать [в будущем]. Напротив, Магандия, те жрецы и отшельники, которые пребывали или пребывают или будут пребывать свободными от влечения, с внутренне умиротворённым умом, все они делают так после понимания в соответствии с действительностью возникновения, исчезновения, привлекательности, опасности, и спасения в отношении чувственных удовольствий. После оставления жажды к чувственным удовольствиям и устранения влечения к чувственным удовольствиям они пребывали или пребывают или будут пребывать свободные от влечения, с внутренне умиротворённым умом».
И в этот момент Благословенный произнёс следующее изречение:

«Величественней обретений всех – здоровье,
Ниббана – высочайшее блаженство,
Из всех путей путь Восьмеричный – наилучший,
К Бессмертному ведёт он безопасно».

Когда так было сказано, странник Магандия сказал Благословенному: «Чудесно, Мастер Готама! Чудесно, как хорошо выразил это Мастер Готама:

«Величественней обретений всех – здоровье,
Ниббана – высочайшее блаженство».

Мы также слышали, как предыдущие странники, которые были учителями и учителями учителей, говорили об этом, и это соответствует [сказанному], Мастер Готама».
«Но, Магандия, когда ты слышал предыдущих странников, которые были учителями и учителями учителей, и которые говорили об этом, что они имели в виду под здоровьем, что они имели в виду под ниббаной?»
Когда так было сказано, странник Магандия прогладил члены своего тела руками и сказал: «Вот оно, это здоровье, Мастер Готама. Вот она, эта ниббана. Ведь сейчас я здоров и счастлив, и ничто не причиняет мне болезненности»4.
«Магандия, представь с рождения слепого человека, который бы не видел тёмных и ярких форм, который не мог бы видеть голубых, жёлтых, красных, или розовых форм, который не мог бы видеть ровного и неровного, который не мог бы видеть звёзд, или солнца и луны. И он бы услышал, как человек с хорошим зрением говорит: «Воистину, почтенные, хороша эта белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая!», и он бы отправился в поисках белой ткани. И тогда [некий] человек обманул бы его, дав ему грязную запачканную одежду: «Почтенный, вот тебе белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая». И он принял бы её, надел бы её, был бы доволен ей, говорил бы удовлетворительно [о ней] так: «Воистину, почтенные, хороша эта белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая!». Как ты думаешь, Магандия? Когда этот слепой от рождения человек принял эту грязную запачканную одежду, надел её, был доволен ей, и говорил удовлетворительно [о ней] так: «Воистину, почтенные, хороша эта белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая!» – делал бы он так, исходя из знания и видения, или же из веры в этого человека с хорошим зрением?»
«Почтенный, он бы делал так, не зная и не видя, из веры в человека с хорошим зрением».
«Точно также, Магандия, странники-приверженцы других учений слепы и незрячи. Они не знают здоровья, они не видят ниббаны, но всё же они произносят эту строфу:

«Величественней обретений всех – здоровье,
Ниббана – высочайшее блаженство».

Эта строфа была произнесена прежними Совершенными, Полностью Просветлёнными [буддами]:

«Величественней обретений всех – здоровье,
Ниббана – высочайшее блаженство,
Из всех путей путь Восьмеричный – наилучший,
К Бессмертному ведёт он безопасно».

Но ныне она постепенно стала распространённой среди заурядных людей5. И хотя это тело, Магандия, является болезнью, опухолью, [отравленным] дротиком, бедствием, болезненностью, [всё же] в отношении этого тела ты говоришь: «Вот оно, это здоровье, Мастер Готама. Вот она, эта ниббана». У тебя нет благородного видения, Магандия, посредством которого ты мог бы знать здоровье и видеть ниббану».
«У меня есть доверие к Мастеру Готаме: «Мастер Готама сможет научить меня Дхамме так, чтобы я смог узнать здоровье и увидеть ниббану».
«Магандия, представь с рождения слепого человека… который не мог бы видеть звёзд, или солнца и луны. И тогда его друзья и товарищи, его родственники и родня, привели бы к нему врача, чтобы излечить его. Врач бы приготовил для него лекарство, но благодаря этому лекарству зрение у человека не появилось бы, не очистилось бы. Как ты думаешь, Магандия, повстречал бы в этом случае этот доктор досаду и разочарование?»
«Да, Мастер Готама».
«Точно также, Магандия, если бы я стал обучать тебя Дхамме так: «Вот это здоровье, вот эта ниббана», то ты мог бы не узнать здоровья, не увидеть ниббаны, и это было бы утомительно и хлопотно для меня».
«У меня есть доверие к Мастеру Готаме: «Мастер Готама сможет научить меня Дхамме так, чтобы я смог узнать здоровье и увидеть ниббану».
«Магандия, представь с рождения слепого человека… И он бы услышал, как человек с хорошим зрением говорит: «Воистину, почтенные, хороша эта белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая!», и он бы отправился в поисках белой ткани. И тогда [некий] человек обманул бы его, дав ему грязную запачканную одежду: «Почтенный, вот тебе белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая». И он принял бы её, надел бы её. И тогда его друзья и товарищи, его родственники и родня, привели бы к нему врача, чтобы излечить его. Врач бы приготовил для него лекарства – рвотные и слабительные, мази, назальные лекарства – и за счёт этих лекарств у человека появилось бы и очистилось зрение. С появлением зрения его желание и любовь к этой грязной испачканной одежде были бы отброшены. И тогда он бы воспылал негодованием и неприязнью к тому человеку и подумал бы о том, что его следует убить: «Воистину, долгое время меня дурачил, обманывал, вводил в заблуждение этот человек этой грязной запачканной одеждой, когда говорил мне: «Почтенный, вот тебе белая ткань – прекрасная, незапятнанная, и чистая».
«Точно также, Магандия, если бы я стал обучать тебя Дхамме так: «Вот это здоровье, вот эта ниббана», то ты мог бы узнать здоровье, увидеть ниббану. С появлением видения твои желание и любовь к пяти совокупностям, подверженным цеплянию, могли бы быть отброшены. Затем, возможно, ты подумал бы: «Воистину, долгое время меня дурачил, обманывал, вводил в заблуждение этот ум. Ведь цепляясь, я цеплялся просто лишь к материальной форме, я цеплялся просто лишь к чувству, я цеплялся просто лишь к восприятию, я цеплялся просто лишь к формациям [ума], я цеплялся просто лишь к сознанию. Имея цепляние условием, существование [возникает]. Имея существование условием, рождение [возникает]. Имея рождение условием, старение и смерть, печаль, стенание, боль, горе и отчаяние возникают. Таково происхождение всей этой груды страдания».
«У меня есть доверие к Мастеру Готаме: «Мастер Готама сможет научить меня Дхамме так, чтобы я смог встать с этого сиденья, излечив свою слепоту».
«В таком случае, Магандия, общайся с правдивыми людьми. Когда будешь общаться с правдивыми людьми, ты услышишь истинную Дхамму. Когда ты услышишь истинную Дхамму, ты будешь практиковать в соответствии с истинной Дхаммой. Когда ты будешь практиковать в соответствии с истинной Дхаммой, ты узнаешь и увидишь сам: «Вот эти недуги, опухоли, и дротики. Но вот здесь недуги, опухоли, и дротики прекращаются без остатка. С прекращением моего цепляния происходит прекращение существования. С прекращением существования [происходит] прекращение рождения. С прекращением рождения старение и смерть, печаль, стенание, боль, горе и отчаяние прекращаются. Таково прекращение всей этой груды страдания»6.
Когда так было сказано, странник Магандия сказал: «Великолепно, Мастер Готама! Великолепно, Мастер Готама! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также Мастер Готама различными способами прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в Мастере Готаме, прибежище в Дхамме, и прибежище в Сангхе монахов. Я хотел бы получить младшее монашеское посвящение, я хотел бы получить высшее монашеское посвящение».
«Магандия, тот, кто прежде принадлежал другому учению, и желает получить младшее и высшее посвящение в этой Дхамме и Винае, должен пройти испытательный срок в четыре месяца. По истечении четырёх месяцев, если монахи будут довольны им, они дают ему младшее посвящение и высшее посвящение в монахи. Но я признаю, что могут быть индивидуальные различия в этом вопросе».
«Господин, если тот, кто прежде принадлежал другому учению… если монахи будут довольны им… то тогда я готов проходить испытательный срок [хоть] четыре года. По истечении четырёх лет, если монахи будут довольны мной, они дадут мне младшее посвящение и высшее посвящение в монахи».
И тогда странник Магандия получил младшее посвящение под [учительством] Благословенного и получил высшее посвящение. И вскоре после получения высшего посвящения, пребывая в уединении прилежным, старательным, решительным, Достопочтенный Магандия, реализовав это для себя посредством прямого знания, здесь и сейчас вошёл и пребывал в высочайшей цели святой жизни, ради которой представители клана праведно оставляют жизнь домохозяина и ведут жизнь бездомную. Он напрямую познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования». И Достопочтенный Магандия стал одним из арахантов.


1 Комментарий поясняет, что Магандия придерживался воззрения, что "возрастание" достигается благодаря переживанию посредством всех шести чувств тех чувственных объектов, которых человек ранее не переживал, при этом, он не должен цепляться за те объекты, которые уже довелось пережить. Его воззрение похоже на отношение многих современных людей, которые считают, что интенсивность и разнообразие переживаемого опыта является наивысшим благом, и этот опыт нужно получать без ограничений и запретов.

2 Прим. переводчика (SV): В английском переводе здесь неточность. Фраза "эваньхи но сутте очарати", которую произносит Магандия, переведена по-разному здесь и чуть ниже по тексту. Я выбрал второй вариант перевода, который идёт ниже по тексту, так как он более понятен: "Потому что так записано в наших писаниях", однако немного его переработал, так как в то время в Индии не было письменности, а в оригинале на пали речь идёт о "суттах", т.е. об устных наставлениях, которые заучивались наизусть и повторялись вслух по памяти, как это было с ведическими гимнами брахманов. Поэтому использовать слово "писание" здесь неуместно.

3 Выражение "випарита-саннья" делает отсылку к искажённому восприятию (саннья-випалласа), когда кто-либо воспринимает удовольствие в том, что на деле является болезненным. См. АН 4.49.

4 Очевидно, Магандия имеет в виду воззрения отшельников и жрецов, которые считали ниббаной чувственные удовольствия (такое воззрение приводится в ДН 1).

5 Согласно Комментарию, полная строфа была произнесена предыдущими буддами, но после того, как последний будда скончался, она распространилась среди странников, которые смогли сохранить в своих книгах только первые две строки.

6 Прим. переводчика (SV): Таким образом, Будда кратко изложил Магандии зависимое возникновение и зависимое прекращение, а также пять совокупностей и цепляние за них. Другими словами, он раскрыл ему Четыре Благородные Истины о страдании (совокупностях), причине страдания (цепляние и зависимое возникновение), прекращении страдания (зависимое прекращение) и пути (устранение цепляния). Хотя об этом не сказано в тексте, вполне возможно, что в этот момент Магандия стал вступившим в поток, так как во многих других суттах подобное изложение приводило слушающего к обретению видения Дхаммы, т.е. вступлению в поток.
Например, подобный случай содержится в МН 56: "И тогда Благословенный дал домохозяину Упали последовательное наставление... И когда он увидел, что ум домохозяина Упали был готовым, восприимчивым, свободным от помех, вдохновлённым и уверенным, тогда он изложил ему учение, свойственное [только] Буддам: [то есть, учение] о страдании, причине [страданий], прекращении, и Пути. И подобно тому, как на чистую ткань, с которой были смыты все пятна, краска легла бы равномерно, то точно также, когда домохозяин Упали сидел на том самом месте, в нём возникло чистое и незапятнанное видение Дхаммы: [то есть понимание того, что] "Всё что возникает – подвержено распаду". Так домохозяин Упали увидел Дхамму, постиг Дхамму, понял Дхамму, и проник в Дхамму, вышел за пределы сомнений, избавился от замешательства, стал уверенным в себе и независимым от других [в отношении] учения Учителя".




.
٭
© theravada.ru – при копировании материалов
просьба ставить прямую ссылку на наш сайт.