Буддизм
                Учение Старцев
 
«
Тхеравада.ру    
   
 

 
  ٭
.

Дхатувибханга сутта: Изложение об элементах
МН 140

 
редакция перевода: 28.02.2016
Перевод с английского: SV

источник:
"Majjhima Nikaya by Nyanamoli & Bodhi, p. 1087"

Так я слышал. Однажды Благословенный странствовал по стране Магадхов и со временем прибыл в Раджагаху. Там он отправился к гончару Бхаггаве и сказал ему: «Если это тебе не доставит неудобств, Бхаггава, я останусь на одну ночь в твоей мастерской».
«Мне это не доставит неудобств, Господин, но там уже проживает один бездомный. Если он согласится, тогда оставайтесь на столько, насколько пожелаете, Господин»
В то время представитель клана по имени Пуккусати благодаря вере оставил жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной под [учительством] Благословенного. И в то время [именно] он уже проживал в мастерской гончара1. Тогда Благословенный пошёл к Достопочтенному Пуккусати и сказал ему: «Монах, если это тебе не доставит неудобств, я останусь на одну ночь в мастерской».
«Друг, гончарная мастерская довольно большая. Пусть Достопочтенный остаётся на столько, насколько пожелает».
Тогда Благословенный вошёл в гончарную мастерскую, подготовил подстилку из травы в конце [здания], сел, скрестив ноги, держа тело выпрямленным, установив осознанность впереди. И затем Благословенный провёл большую часть ночи сидя [в медитации], и Достопочтенный Пуккусати также провёл большую часть ночи сидя [в медитации]. Тогда Благословенный подумал: «Этот представитель клана ведёт себя так, что [это] внушает доверие. Что если я задам ему вопрос?» И тогда он спросил Достопочтенного Пуккусати:
«Под чьим [учительством] ты ушёл в бездомную жизнь, монах? Кто твой учитель? Чью Дхамму ты признаёшь?»2
«Друг, есть отшельник Готама, сын Сакьев, который ушёл в бездомную жизнь из клана Сакьев. И об этом Благословенном Готаме распространилась славная молва: «Благословенный – совершенный, полностью просветлённый, совершенный в знании и поведении, высочайший, знаток миров, непревзойдённый вожак тех, кто должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный». Я ушёл в бездомную жизнь под [учительством] этого Благословенного. Этот Благословенный мой учитель. Я признаю Дхамму этого Благословенного».
«Но, монах, где сейчас проживает этот Благословенный, совершенный и полностью просветлённый?»
«Друг, в северной стране есть город под названием Саваттхи. Благословенный, совершенный и полностью просветлённый, сейчас проживает там».
«Но, монах, видел ли ты когда-либо этого Благословенного прежде? Ты бы распознал его, если бы увидел его?»
«Нет, друг, я никогда прежде не видел этого Благословенного, и не распознал бы его, если бы увидел его».
Тогда Благословенный подумал: «Этот представитель клана оставил жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной под моим [учительством]. Что если я научу его Дхамме?» И тогда Благословенный обратился к Достопочтенному Пуккусати так: «Монах, я научу тебя Дхамме. Слушай внимательно то, о чём я буду говорить».
«Да, друг» – ответил Достопочтенный Пуккусати. Благословенный сказал следующее:
«Монах, эта личность состоит из шести элементов, шести сфер контакта, восемнадцати видов умственного исследования, и у неё есть четыре основания»3. Приливы измышления не накрывают того, кто стоит на этих [основаниях], а когда приливы измышления более не накрывают его, то он зовётся умиротворённым провидцем. Не стоит пренебрегать мудростью, стоит хранить истину, следует взращивать оставление, следует тренироваться для [обретения] покоя. Такова сводка изложения о шести элементах.

Шесть элементов

«Монах, эта личность состоит из шести элементов»4 – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Есть элемент земли, элемент воды, элемент огня, элемент воздуха, элемент пространства, элемент сознания. В отношении этого так было сказано: «Монах, эта личность состоит из шести элементов».
«Монах, эта личность состоит из шести сфер контакта» – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Есть сфера контакта глаза, сфера контакта уха, сфера контакта носа, сфера контакта языка, сфера контакта тела, сфера контакта ума. В отношении этого так было сказано: «Монах, эта личность состоит из шести сфер контакта».
«Монах, эта личность состоит из восемнадцати видов умственного исследования» – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Видя форму глазом, человек исследует форму, порождающую радость, он исследует форму, порождающую печаль, он исследует форму, порождающую невозмутимость. Слыша ухом звук, человек исследует звук, порождающий радость… печаль… невозмутимость. Обоняя носом запах, человек исследует запах, порождающий радость… печаль… невозмутимость. Пробуя языком вкус, человек исследует вкус, порождающий радость… печаль… невозмутимость. Ощущая телом прикосновение, человек исследует прикосновение, порождающее радость… печаль… невозмутимость. Познавая умом умственный объект, человек исследует умственный объект, порождающий радость… печаль… невозмутимость. В отношении этого так было сказано: «Монах, эта личность состоит из восемнадцати видов умственного исследования».
«Монах, у этой личности есть четыре основания» – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Есть основание мудрости, основание истины, основание оставления, основание покоя. В отношении этого так было сказано: «Монах, у этой личности есть четыре основания».
«Не следует пренебрегать мудростью, следует хранить истину, следует взращивать оставление, следует тренироваться для [обретения] покоя» – так было сказано. В отношении чего так было сказано?
И как, монах, человек не пренебрегает мудростью? Есть эти шесть элементов: элемент земли, элемент воды, элемент огня, элемент воздуха, элемент пространства, элемент сознания.
И что такое элемент земли? Элемент земли может быть либо внешним, либо внутренним. И что такое внутренний элемент земли? Всё внутреннее, принадлежащее себе, являющееся твёрдым, затвердевевшим… 5 …делает ум беспристрастным по отношению к элементу пространства.
Затем [для рассмотрения] остаётся только сознание – чистое и яркое. И что человек познаёт этим сознанием? Он познаёт: «[Это] приятно», он познаёт: «[Это] болезненно», он познаёт: «[Это] ни-приятно-ни-болезненно». В зависимости от контакта, переживаемого как приятный, возникает приятное чувство. Когда человек чувствует приятное чувство, он понимает: «Я чувствую приятное чувство». Он понимает: «С прекращением этого самого контакта, переживаемого как приятный, соответствующее чувство – [то есть], приятное чувство, которое возникло в зависимости от этого контакта, переживаемого как приятный – прекращается и затухает».
В зависимости от контакта, переживаемого как болезненный, возникает болезненное чувство. Когда человек чувствует болезненное чувство, он понимает: «Я чувствую болезненное чувство». Он понимает: «С прекращением этого самого контакта, переживаемого как болезненный, соответствующее чувство – [то есть], болезненное чувство, которое возникло в зависимости от этого контакта, переживаемого как болезненный – прекращается и затухает».
В зависимости от контакта, переживаемого как ни-приятный-ни-болезненный, возникает ни-приятное-ни-болезненное чувство. Когда человек чувствует ни-приятное-ни-болезненное чувство, он понимает: «Я чувствую ни-приятное-ни-болезненное чувство». Он понимает: «С прекращением этого самого контакта, переживаемого как ни-приятный-ни-болезненный, соответствующее чувство – [то есть], ни-приятное-ни-болезненное чувство, которое возникло в зависимости от этого контакта, переживаемого как ни-приятный-ни-болезненный – прекращается и затухает».
Монах, подобно тому, как от контакта и трения двух палок для розжига порождается тепло, возникает огонь, а с отсоединением и разнесением этих двух палок для розжига соответствующее тепло прекращается и затухает – то точно также, в зависимости от контакта, переживаемого как приятный, возникает приятное чувство… …в зависимости от этого контакта переживаемого как ни-приятный-ни-болезненный – прекращается и затухает.
И затем остаётся только невозмутимость – чистая и яркая, податливая, послушная, лучезарная6. Представь, монах, как если бы умелый золотых дел мастер или его ученик подготовил бы печь, разогрел бы тигель, взял бы щипцами золото, положил бы его в тигель. Время от времени он обдувал бы его, время от времени брызгал бы на него водой, время от времени просто осматривал бы его7. Тогда это золото стало бы очищенным, хорошо очищенным, безупречным, избавленным от окалины, мягким, податливым, и лучезарным. И тогда какое бы украшение ни задумал сделать мастер – золотую гирлянду, серьгу, ожерелье, или золотую цепь – золото может послужить этой цели. Точно также, монах, затем там остаётся только невозмутимость – чистая и яркая, податливая, послушная, лучезарная.
Он понимает так: «Если бы я направил эту невозмутимость, такую чистую и яркую, к сфере безграничного пространства, и развивал бы свой ум соответствующе, то тогда эта моя невозмутимость, поддерживаемая этой сферой, цепляющаяся к ней, осталась бы [там] на очень долгое время8. Если бы я направил эту невозмутимость, чистую и яркую, к сфере безграничного сознания… сфере отсутствия всего… сфере ни восприятия, ни не-восприятия, и развивал бы свой ум соответствующе, то тогда эта моя невозмутимость, поддерживаемая этой сферой, цепляющаяся к ней, осталась бы [там] на очень долгое время».
Он понимает так: «Если бы я направил эту невозмутимость, такую чистую и яркую, к сфере безграничного пространства, и развивал бы свой ум соответствующе, то это было бы обусловленным9. Если бы я направил… к сфере безграничного сознания… сфере отсутствия всего… сфере ни восприятия, ни не-восприятия… то это было бы обусловленным».
Он не формирует какого-либо условия, не порождает какого-либо намерения, склоняющегося либо к существованию, либо к несуществованию10. Поскольку он не формирует какого-либо условия, не порождает какого-либо намерения, склоняющегося либо к существованию, либо к несуществованию, он не цепляется ни к чему в этом мире. Когда он не цепляется, он не взволнован. Когда он не взволнован, он лично достигает ниббаны. Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования»11.

Арахантство

Если он чувствует приятное чувство12, он понимает: «Оно непостоянно». Он понимает: «За него не стоит цепляться». Он понимает: «Им не стоит наслаждаться». Если он чувствует болезненное чувство, он понимает: «Оно непостоянно». Он понимает:«За него не стоит цепляться». Он понимает: «Им не стоит наслаждаться». Если он чувствует ни-приятное-ни-болезненное чувство, он понимает: «Оно непостоянно». Он понимает: «За него не стоит цепляться». Он понимает: «Им не стоит наслаждаться».
Если он чувствует приятное чувство, он чувствует его, [будучи] отсоединённым [от него]. Если он чувствует болезненное чувство, он чувствует его, [будучи] отсоединённым [от него]. Если он чувствует ни-приятное-ни-болезненное чувство, он чувствует его, [будучи] отсоединённым [от него].
Когда он чувствует чувство, уничтожающееся вместе с телом, он понимает: «Я чувствую чувство, прекращающееся вместе с телом». Когда он чувствует чувство, прекращающееся вместе с жизнью, он понимает: «Я чувствую чувство, прекращающееся вместе с жизнью». Он понимает: «После распада тела, после истощения жизни, всё, что чувствуется, при отсутствии наслаждения в этом, прямо здесь и угаснет».
Подобно тому, монах, как масляная лампа горит в зависимости от масла и фитиля, и с истощением масла и фитиля она гаснет из-за недостатка топлива, то точно также, монах, когда он чувствует чувство, прекращающееся вместе с телом… прекращающееся вместе с жизнью… он понимает: «После распада тела, после истощения жизни, всё, что чувствуется, при отсутствии наслаждения в этом, прямо здесь и угаснет».
Так, обладая [этой мудростью], монах обладает высочайшим основанием мудрости. Ведь это, монах, высочайшая благородная мудрость, то есть, знание уничтожения всех страданий.
Его освобождение, основываясь на истине, непоколебимо. Ведь то, монах, что имеет обманчивую природу, является лживым. А то, что имеет не обманчивую природу, является истиной – ниббаной.
Так, обладая [этой истиной], монах обладает высочайшим основанием истины. Ведь это, монах, высочайшая благородная истина, то есть, ниббана, имеющая не обманчивую природу.
Прежде, когда он был невежественен, он брал и принимал обретения. Теперь же он отбросил их, отрезал их под корень, сделал подобными обрубку пальмы, уничтожил так, что они более не смогут возникнуть в будущем.
Так, обладая [этим оставлением], монах обладает высочайшим основанием оставления. Ведь это, монах, высочайшее благородное оставление, то есть, оставление всех обретений.
Прежде, когда он был невежественен, он переживал алчность, желание, и жажду. Теперь же он отбросил их, отрезал их под корень, сделал подобными обрубку пальмы, уничтожил так, что они более не смогут возникнуть в будущем. Прежде, когда он был невежественен, он переживал злобу, недоброжелательность, и ненависть. Теперь же он отбросил их, отрезал их под корень, сделал подобными обрубку пальмы, уничтожил так, что они более не смогут возникнуть в будущем. Прежде, когда он был невежественен, он переживал невежество и заблуждение. Теперь же он отбросил их, отрезал их под корень, сделал подобными обрубку пальмы, уничтожил так, что они более не смогут возникнуть в будущем.
Так, обладая [этим покоем], монах обладает высочайшим основанием покоя. Ведь это, монах, высочайший благородный покой, то есть, успокоение жажды, злобы, и заблуждения.
В отношении этого так было сказано: «Не следует пренебрегать мудростью, следует хранить истину, следует взращивать оставление, следует тренироваться для [обретения] покоя».
«Приливы измышления не накрывают того, кто стоит на этих [основаниях], а когда приливы измышления более не накрывают его, то он зовётся умиротворённым провидцем» – так было сказано. В отношении чего так было сказано?
Монах, «Я есть» – это измышление. «Я – это» – это измышление. «Я буду» – это измышление. «Меня не будет» – это измышление. «Я буду обладать формой» – это измышление. «Я буду бесформенным» – это измышление. «Я буду с восприятием» – это измышление. «Я буду без восприятия» – это измышление. «Я буду с ни восприятием, ни не-восприятием» – это измышление.
Измышление – это болезнь, измышление – это опухоль, измышление – это [отравленный] дротик. [Когда он] преодолел все измышления, монах, человек зовётся умиротворённым провидцем. Умиротворённый провидец не рождается, не стареет, не умирает. Он не колеблется, он не томится. Ведь в нём нет чего-либо, посредством чего он мог бы родиться [вновь где-либо]. Не рождаясь, как он может состариться? Не старея, как он может умереть? Не умирая, как он может колебаться? Не колеблясь, с чего он должен томиться?
В отношении этого так было сказано: «Приливы измышления не накрывают того, кто стоит на этих [основаниях], а когда приливы измышления более не накрывают его, то он зовётся умиротворённым провидцем». Монах, запомни это краткое изложение о шести элементах.
И тогда Достопочтенный Пуккусати подумал: «Воистину, [сам] Учитель пришёл ко мне! Высочайший пришёл ко мне! Полностью Просветлённый пришёл ко мне!» Тогда он поднялся со своего сиденья, закинул верхнее одеяние за плечо, упал в ноги Благословенному и сказал: «Учитель, я совершил проступок, ведь как неловкий и сбитый с толку глупец я позволил себе обратиться к Благословенному словом «друг». Учитель, пусть Благословенный простит мой проступок ради того, чтобы я сдерживал [себя в этом отношении] в будущем».
«Вне сомнений, монах, ты совершил проступок, ведь как неловкий и сбитый с толку глупец ты позволил себе обратиться к Благословенному словом «друг». Но поскольку ты видишь свой проступок как таковой, и исправляешься в соответствии с Дхаммой, мы прощаем тебя. Ведь это является ростом в Учении Благородных, когда кто-либо видит проступок как таковой, исправляется в соответствии с Дхаммой, и предпринимает сдержанность в будущем».
«Учитель, я хотел бы получить высшее [монашеское] посвящение у Благословенного».
«Но есть ли у тебя полный [набор в виде] чаши и одеяния, монах?»
«Учитель, мой [наборе в виде] чаши и одеяния не полон».
«Монах, Татхагаты не дают полное посвящение тому, чей [набор в виде] чаши и одеяния неполон».
Тогда Достопочтенный Пуккусати, восхитившись и возрадовавшись словам Благословенного, поднялся со своего сиденья и, поклонившись Благословенному, ушёл в поисках чаши и одеяния, обойдя его с правой стороны. И затем, по мере того как Достопочтенный Пуккусати искал чашу и одеяние, бродячая корова убила его.
И тогда группа монахов отправилась к Благословенному и, поклонившись ему, они сели рядом и сказали ему: «Учитель, представитель клана Пуккусати, которому Благословенный дал краткое наставление, умер. Какова его участь? Каков его будущий удел?»
«Монахи, представитель клана Пуккусати был мудр. Он практиковал в соответствии с Дхаммой и не беспокоил меня истолкованием Дхаммы. С уничтожением пяти нижних оков представитель клана Пуккусати переродился спонтанно [в мире Чистых Обителей] и обретёт окончательную ниббану там, никогда более не возвращаясь из того мира [обратно в этот]»13
Так сказал Благословенный. Монахи были довольны и восхитились словами Благословенного.


1 Согласно Комментарию, Пуккусати был царём Такксилы и другом царя Бимбисары из Магадхи. Их дружба наладилась через купцов, которые путешествовали из одной страны в другую. При обмене дарами царь Бимбисара отправил царю Пуккусати золотую тарелку, на которой приказал вырезать описание Трёх Драгоценностей и разные аспекты Дхаммы. Когда царь Пуккусати прочитал надписи, он преисполнился радости и решил оставить мирскую жизнь. Не получив формального посвящения в монахи, он надел жёлтые одежды, обрил голову, и ушёл из дворца. Он отправился в Раджагаху с целью повстречать Будду, который в тот момент был в 300 милях от неё, в Саваттхи. Будда посредством сверхспособностей увидел Пуккусати, а также увидел его способность достичь путей и плодов. Поэтому он в одиночку пешком отправился в Раджагаху, чтобы повстречать царя. Чтобы тот его не узнал, он скрыл (психическими силами?) свои особые знаки Великого Человека и стал выглядеть как обычный странствующий монах. Он прибыл в мастерскую гончара вскоре после того как туда пришёл Пуккусати, который на следующий же день хотел пойти в Саваттхи и встретиться с Буддой.

2 Комментарий утверждает, что Будда задал ему вопрос, уже зная, что тот ни у кого не получал посвящения. Однако, он всё равно задал вопрос, чтобы начать беседу.

3 Комментарий: "Так как Пуккусати уже очистил предварительную практику пути и был способен достичь четвёртой джханы посредством осознанности к дыханию, Будда начал разговор сразу с [темы] медитации прозрения, разъясняя [на] абсолютном [уровне] пустотность, [прозрение в которую] является основанием для [достижения] арахантства".

4 Комментарий: "Здесь Будда объясняет то, чего доподлинно не существует, посредством того, что подлинно существует. Элементы подлинно существуют, но личности не существует доподлинно. Вот что имеется в виду: "То, что ты воспринимаешь как личность, состоит из шести элементов. В абсолютном (смысле) нет здесь личности. Личность – это всего лишь концепция".

5 Здесь идёт в точности длинный фрагмент об элементах из МН 62 (см. раздел "Элементы).

6 Комментарий соотносит эту невозмутимость с четвёртой джханой и утверждает, что Пуккусати уже достиг четвёртой джханы и имел к ней сильную привязанность. Будда вначале восхваляет эту невозмутимость, чтобы завладеть доверием Пуккусати, а затем постепенно ведёт его к нематериальным сферам и достижению путей и плодов.

7 Прим. переводчика (SV): Этот же пример есть в АН 3.102, в том же самом контексте, но там приводятся дополнительные подробности насчёт того, как следует практиковать на этом этапе.

8 Смысл таков, что если он бы достиг сферы безграничного пространства и умер, будучи всё ещё привязанным к ней, то он бы переродился к сфере безграничного пространства и жил бы там полный срок в 20.000 циклов существования мира. В более высоких нематериальных мирах срок жизни составляет соответственно 40.000, 60.000, 84000 циклов.

9 Комментарий поясняет, что в этом и состоит опасность такого достижения. Так как оно обусловлено, создано, сотворено, оно не является вечным, но закончится, и тогда вновь появится возможность попасть в нижние миры.

10 Эти два глагола намекают на конструктивную силу волевого намерения, которая выстраивает продолжительность обусловленного существования. Прекращение воли либо к существованию, либо к несуществованию, показывает уничтожение жажды к вечному существованию или аннигиляции, что в итоге приводит к арахантству.
Прим. переводчика (SV): В МН 102 Будда объясняет, что тот, кто жаждет несуществования, всё равно продолжит существование, так как продолжает цепляться за личность (и всё ещё имеет жажду). Поскольку, очевидно, здесь речь идёт о намерении на основании 4-ой джханы – то, возможно, намерение "не существовать" в данном контексте является желанием уничтожить сознание как таковое, однако такое намерение, согласно комментарию к ДН 1, лишь приводит к рождению в мире "бессознательных богов" (асаннья-сатта). Правильным же путём, как Будда поясняет далее по тексту, является оставление (посредством мудрости, т.е. прозрения в истину непостоянства) любых намерений и желаний вообще.

11 Комментарий поясняет, что в этот момент Пуккусати достиг плода не-возвращения, и понял, что его учит непосредственно сам Будда.

12 Здесь описывается состояние араханта при жизни.

13 Комментарий поясняет, что он родился в мире (Чистых Обителей) Авиха и вскоре достиг арахантства. В СН 2.24 Пуккусати упоминается как один из семи монахов, которые переродились в мире Авиха и достигли освобождения, преодолев "небесные оковы".



.
٭
© theravada.ru – при копировании материалов
просьба ставить прямую ссылку на наш сайт.